Анонсированные 15 июля поправки, вводящие административную ответственность не только для владельцев VPN-сервисов, но и для рядовых пользователей за «умышленный поиск» экстремистского контента, вызвали эффект разорвавшейся бомбы.
Общественная реакция оказалась настолько бурной, что авторам инициативы пришлось выступить с серией разъяснений. Однако их попытки успокоить граждан утонули в потоке критики со стороны оппозиционных политиков, отраслевых экспертов, популярных блогеров и, что самое неожиданное, даже от видных деятелей патриотического лагеря. Редакция CyberMeta собрала ключевые мнения и разобралась, почему эти правки стали одним из самых спорных за последнее время.
Напомним, речь идет о пакете поправок в КоАП. Первая часть, уже одобренная профильным комитетом Думы, вводит миллионные штрафы для владельцев VPN-сервисов за отказ сотрудничать с Роскомнадзором и блокировать запрещенные сайты. Вторая, наиболее резонансная часть, предлагает штрафовать граждан на 3-5 тысяч рублей за сам факт поиска и доступа к материалам из списка экстремистских, в том числе с использованием VPN.
Простых пользователей штрафовать не собираются?
Столкнувшись со шквалом критики и откровенной паникой в сети, авторы и сторонники законопроекта поспешили дать разъяснения. Их главный тезис: бояться нечего, закон направлен не на массовые репрессии, а на борьбу с целенаправленной деятельностью по распространению деструктивного контента.
Сенатор Артём Шейкин, один из соавторов поправок, заявил, что пользователей не планируют штрафовать за сам факт входа на заблокированные ресурсы вроде Instagram* или Discord через VPN. Ответственность, по его словам, наступит только за «умышленный поиск и доступ к материалам, которые включены Минюстом в список экстремистских материалов по решению суда».
Ему вторит и зампред комитета Госдумы по информполитике Антон Немкин. Он подчеркнул, что простое использование VPN для защиты данных или удаленного доступа к рабочим системам не запрещено. Однако, если сервис используется для обхода блокировок с целью найти конкретный запрещенный материал, это может быть расценено как признак умысла.
Депутат Олег Матвейчев объяснил еще проще: ответственность наступит, если человек не просто ищет, но и выкладывает запрещенный контент. При этом он сделал примечательное признание: как именно будут технически отслеживать действия человека в сети, решат уже после принятия законопроекта.
Речь не идет о том, что человек в сети случайно увидел некий экстремистский материал, а его за это сразу посадили. Если материал не заблокирован, то пользователь ни в чем не виноват. А за поиск и распространение запрещенной информации, используя при этом определенные технические средства, наступит ответственность.
Также законодатели попытались разграничить понятия «реклама VPN» и «обсуждение VPN». По словам Шейкина, простое информирование, обмен мнениями о плюсах и минусах технологии рекламой считаться не будет, а значит, и штрафы за это не грозят.
«Глупая и опасная идея»: как критикуют новые правки
Против законопроекта выступили представители самых разных политических и общественных сил, указав на его правовую неопределенность, техническую неграмотность и потенциальную опасность.
Вице-спикер Госдумы Владислав Даванков («Новые люди») заявил, что фракция отказывается поддерживать поправки. По его словам, это первый в России прецедент, когда предлагается штрафовать не за распространение, а за просмотр контента, что открывает простор для наказания невиновных: от пенсионера, случайно кликнувшего по ссылке, до любого пользователя, столкнувшегося с алгоритмической рекомендацией YouTube.
Резко высказался и депутат Гордумы Краснодара Александр Сафронов, назвав инициативу «глупой и опасной». Он указал на прямую угрозу для образовательной и научной деятельности:
Как студентам-историкам анализировать предпосылки Великой Отечественной войны, если «Майн Кампф»** Гитлера экстремистская литература, которую нельзя даже искать в Интернете? А, как разбираться в госперевороте 2014 года на Украине или причинах СВО в 2022 году, если нацистские организации, повлиявшие на те события события, внесены в запрещённые списки? И информацию о них тоже нельзя искать? Если человек интересуется политикой или философией, он неизбежно столкнётся с материалами, которые могут быть признаны экстремистскими. Но на основании чего можно запретить поиск и ознакомление даже с ошибочными или преступными идеями?
Глава «Лиги безопасного интернета» Екатерина Мизулина раскритиковала поправки, заявив в своём Телеграм-канале, что они сделают незаконной ее собственную деятельность.
Мы действительно целенаправленно мониторим такой контент и передаем сведения в правоохранительные органы... В соответствии с законопроектом и деятельность сотрудников МВД по мониторингу такой информации также может быть признана незаконной <...> Интересно, а депутаты вообще видели количество «свастик» и «вентиляторов» в комментариях в соцсетях? Если школьник зашел в комменты и увидел это, его тоже штрафовать будут? Или, например, набрал в поиске VPN*, то что? Сейчас федеральный список экстремистских материалов насчитывает 5473 позиции: от жестокого контента с видео убийств мигрантов и лиц разных национальностей, до мемов и треков отдельных иноагентов, картинок про рассовое превосходство, рисунков со свастиками и так далее. Каждый гражданин должен с этим списком ознакомиться или как? Как будут устанавливать умысел в поиске таких материалов?
Мизулина также указала на ещё одно противоречие: в случае принятия поправок сами депутаты не смогут ничего сделать с обращениями граждан, которые сообщают им о сообществах, где призывают к противоправным действиям, так как они нарушат закон, просто открыв ссылку из обращения.
Новый закон многим россиянам может создать проблемы, которые они не ожидали. Я вижу риски. Я не боюсь об этом говорить прямо. Нравится это кому-то или нет.
Угроза для экономики и обороны: «Назревает катастрофа в IT»
Помимо правовых и общественных рисков, вскрылся еще один, куда более приземленный и критичный аспект проблемы. Журналист Максим Шевченко опубликовал письмо от инженера-электронщика, работающего на оборонном предприятии.
Инженер объясняет, что вся разработка в России (от дронов и блоков АБС для «АвтоВАЗа» до сложнейшей военной электроники) завязана на иностранных микроконтроллерах и иностранном программном обеспечении. Из-за санкций скачать обновления, драйверы, библиотеки и среды разработки, аналогов которым в РФ не существует, можно только с помощью VPN.
Если введут поправки в КоАП о запрете и штрафах за VPN, мне как инженеру-электронщику... придётся вообще уйти из профессии... Скачать библиотеки, драйвера, обновления и прочие инженерные вспомогательные программы будет теперь фактически незаконно
Таким образом, закон, задуманный как инструмент информационной безопасности, на практике может парализовать целые отрасли российской экономики и IT-сектора, включая оборонно-промышленный комплекс.
Однако позже первый заместитель председателя ИТ-комитета Госдумы Антон Горелкин поспешил успокоить общественность:
Журналисты спрашивают, будет ли являться уголовным преступлением сам факт использования VPN. Ладно, будем считать, что это такой профессиональным приём, чтобы разговорить собеседника и добавить красок в будущий заголовок. Не верю, что профессиональные медийщики, специализирующиеся на ИТ-законодательстве, настолько невнимательно читают документы. В предлагаемых поправках такого, естественно, нет. Граждане смогут свободно использовать VPN в любых законных целях. Но если при помощи таких сервисов кто-то захочет совершить преступление, это будет считаться отягчающим обстоятельством. Также вводятся штрафы за рекламу VPN, которая, напомню, была запрещена еще весной прошлого года. Поэтому все заявления вроде «Госдума хочет уничтожить российскую ИТ-отрасль» исходят от людей, которые либо не до конца разобрались в сути предложенных поправок, либо занимаются откровенным вредительством. Запрета VPN-сервисов (для профессионального и личного, но при этом исключительно добросовестного использования), а также каких-то штрафов за это никто вводить не собирается.
Блогеры выступили против
Техноблогеры также не остались в стороне от ситуации. Wylsacom выразил общий скепсис: даже если сейчас власти обещают не трогать обычных граждан, сама статья в кодексе – это готовый инструмент. По его мнению, поправки создают правовую базу для наказания пользователя за факт обращения к экстремистскому ресурсу. При этом он отмечает, что признание Meta* экстремистской организацией с разрешением пользоваться Instagram с последующим «закручиванием краников» – очень странное решение.
Аналитик и блогер Эльдар Муртазин был еще более категоричен. Он назвал инициативу «репрессивным механизмом», который «можно применить к любому человеку в России». Муртазин напомнил, что поправки «спрятали» в непрофильном законе о транспортной деятельности, а прошлый опыт взаимодействия с Роскомнадзором показывает, что ведомство склонно к максимально широкой трактовке любых запретов.
В итоге, несмотря на попытки авторов сгладить углы, в обществе и экспертной среде сложился консенсус: законопроект в его текущем виде несет больше угроз, чем пользы. Он размыт, противоречив и создает риски для свободы информации, научной деятельности и даже национальной технологической безопасности. СyberMeta продолжает следить за развитием событий вокруг новых поправок к закону.
*принадлежат корпорации Meta, признанной экстремистской и террористической на территории РФ
**Произведение включено в Федеральный список экстремистских материалов
